June 22nd, 2016

(no subject)

просто повторю свою старую запись..

Посол Рейха в СССР отчаянно пытался стряхнуть наваждение. Он, потомок древнего рыцарского рода всегда относился с высока к этому ефрайтору-выскочке. Но неужели фюрер был прав и СССР – колосс на глиняных ногах. Опять прав!!! Как был прав с Францией и Бельгией, Югославией и Норвегией. Неужели было достаточно одного сообщения с границы чтобы надменный блеск пенсне советского наркома иностранных дел сменился на заискивающий. Даже став ростом ниже советский нарком преданно заглядывал в глаза слегка ошалевшему от такого собачьего поведения Шуллендургу:
- Понимаете господин посол, моя дочь, очень тонко чувствующая девочка. Она закончил Берлинский университет, живёт в Берлине. Что теперь с ней будет? Неужели ею заинтересуется гестапо? Неужели её посадят в камеру к уголовникам?!!! Помогите господин посол!!!
Поспешно попрощавшись, Шуллендург вышел. Он ожидал ноты протеста, возмущения, криков, да хоть удара по морде, но семенящий и заискивающий советский нарком был картиной, не вписывающейся в реальность. Да Канарис предупреждал, что советский нарком на крючке, но что б так… это немыслимо.
Несмотря на ранний час у посольства стали собираться граждане стремящиеся попасть внутрь. Отправив секретарей разбираться с ними в большом зале посольства Шулленбург стал наблюдать за происходящим на улице. Очередь желающих попасть в посольство стремительно росла. Рядом с ней появлялись кучки граждан. Вот одна кучка сплошь состоящих из людей с характерной внешностью развернула плакат на немецком «СССР=ГЕРМАНИЯ. ВОЗЬМИТЕ НАС В РЕЙХ». Видимо в знак капитуляции все держащие плакат повязали белые ленты.
Посол спустился в зал приёмов. Шум множества голосов плыл волнами:
Понимаете, -убеждала дама с острыми чертами лица и значком депутата верховного совета на лацкане .- улица Горького это исторический памятник. Ни в коем случае нельзя его нельзя бомбить. Особенно район Весковского тупика. Там собраны самые ценные исторические здания.
3-й секретарь посольства недоумённо пялился то на переводчицу, то на говорящую. Бедняга явно не мог понять то ли неправильный перевод то ли дама не в себе.

У меня… у моего сына пять квартир в Померании, самое побережье моря, я вложил деньги в экономику Рейха - выпишите мне паспорт и я тотчас уеду туда- вещал солидный лысый господин с усами.

От ошарашенного 2-го секретаря посольства его оттёр мужчина с лицом стареющего дамского угодника:
- У меня жена всех детей рожала в Баден-Бадене, как защитник прав детей я требую отправить нас в Баден-Баден!!!

Посол подошел к окну - на улице кипела, крутилась, ругалась толпа. По стеночке ко входу пробиралась ещё одна группа с белыми флагами. Завидев в окне посла один из них, носатый, тряхнув седыми кудрями тотчас развернул рукописный плакат: «Лучше быть абажуром в доброй немецкой семье чем жить в тоталитарном СССР». Посол поспешно отпрянул от окна. Потом осторожно отодвинул партьеру с другой стороны: в уличный хаос вклинилось несколько массивных машин из кузовов которых выпрыгивали люди в форме. Они прокладывали дорогу ко входу осанистому мужчине в тёмно синей форме с черным бархатным воротником. Плюгавенькому лысому мужичонке с рыжими усами непрерывно зигующему у входа в посольство один из сопровождающих с размаху дал по лицу. Плюгавый согнулся, но зиговать не прекратил.
Посол повернулся, чтоб встретить входящего, с которым он уже был знаком по нескольким встречам. Лицо подошедшего излучало уверенность. Единственный уверенный из русских сегодня - отметил посол.
- Мы знаем. - без обиняков начал вошедший. – о начале войны. Мы располагаем данными об деньгах и иных ценностях вывезенных этими, -он брезгливо покосился на зал,- на территорию рейха. Неожиданно нагнувшись к уху Шулленбурга он горячо зашептал: меняем эти списки на гарантии безопаснтности и ещё у меня квартира в протекторате Богемия и моравия…
Посол Тысячелетнего Рейха потомок многих поколений рыцарей Вернер фон дер Шулленбург медленно пятился к выходу из зала…